Главная » Статьи » Зинаида Маркина представляет » Несекретные материалы

Зинаида Райх
Зинаида Райх
Непростой судьбе Сергея Есенина сочувствуют по сей день, его талантом восхищаются. Однако мало кто знает, как сложилась судьба его первой жены — той женщины, которая, по сути, помогла ему стать тем, кем он стал. А ведь ее жизненный путь не менее интересен...

Любовный треугольник, как известно, — самая распространенная основа сюжета романов, пьес, кинофильмов… Но жизнь, увы, преподносит иногда такое, чего не придумает и самый изобретательный драматург.

Её называли демонической женщиной, которая играючи разрушила жизни двух гениальных мужчин. Кем же она была? Музой поэта? Ведущей актрисой театра Мейерхольда? Или просто женщиной, которая любила и была любима?

Зинаида родилась 1894 году, в семье обрусевшего немца Николая Райха и дворянки Анны Викторовой, в селе Ближние Мельницы под Одессой. Отец ее был социал-демократом, и дочь придерживалась взглядов отца, за, что ее и исключили из гимназии.

Революцию Зинаида встретила в Петрограде, работая машинисткой в левоэсеровской газете «Дело народа». В библиотеку этой газеты часто заходил Есенин, там они и познакомились. Райх думала, что Сергею нравится библиотекарша Мина Свирская, и сама уже собралась замуж за его друга Алексея Ганина. Перед помолвкой друзья все вместе решили съездить на Соловки. В этом путешествии, забыв про Ганина, в маленькой церкви и обвенчались Сергей Есенин и Зинаида Райх.

Денег не было, срочно была отбита телеграмма в Орёл, и отец, не требуя объяснений, выслал дочери деньги. На них купили наряд для невесты и обручальные кольца. По пути в церковь жених нарвал букет полевых цветов.

Вернувшись в Петроград, молодожены первое время жили врозь: скоропалительный союз не оставил времени привыкнуть к статусу супружеской пары.

«Всё-таки они стали мужем и женой, не успев опомниться и представить себе хотя бы на минуту, как сложится их совместная жизнь, договорились поэтому друг другу «не мешать», — пишет в воспоминаниях дочь Райх и Есенина Татьяна.

Однако молодые привыкли к реальности быстро и вскоре воссоединились. На правах требовательного супруга Сергун, как называла мужа Зинаида, пожелал, чтобы жена оставила работу в редакции и занималась домашним очагом и семейным уютом.

Требованию она подчинилась, ведь хотелось иметь нормальную семью, да и энергичный характер Зинаиды придавал уверенности, что она справится со всем и создаст тёплое семейное гнездышко.

Зинаида Рай и Всеволод Мейерхольд
Жили супруги без особого комфорта в съёмной квартире. Есенин много работал, часто печатался, неплохо зарабатывал, поэтому, несмотря на голодные времена, были хлебосолами, часто принимали гостей.

Друзьям Есенин благожелательно отзывался о жене, выделял её умение вести домашнее хозяйство, кулинарные способности, талант при скудном наборе продуктов готовить вкусные блюда: «Если бы она пошла по поварской линии, из неё получился бы мастер своего дела. Я не раз наблюдал, как она священнодействовала…»

По воспоминаниям современников, Зинаида была человеком открытым, легко сходилась с людьми, любила общение. Она старалась ненавязчиво и бескорыстно помочь человеку, приободрить шуткой тех, кто переживал нерадостные времена, вселить надежду.

Райх отличалась превосходным качеством, подмеченным не одним мемуаристом, — способностью притягивать к себе людей. Однако, при всех этих замечательных свойствах, была вспыльчива, резка в суждениях — сказывался характер отца, во многом повторившийся в характере дочери.

Лучшие месяцы супружеской жизни закончились с переездом в Москву, на некоторое время Зинаида и Сергун расстались. Совместного жилья в Москве не нашли, Есенин скитался по знакомым, его слава разрасталась, и всюду он был желанным гостем.

Женщин пленяли не только его стихотворные строки, но большей частью и красивое напудренное лицо, завитые локоны волос пшеничного цвета.

Любопытно высказывание Ахматовой о Есенине той поры: «…Слишком уж он был занят собой. Одним собой. Даже женщины его не интересовали нисколько. Его занимало одно — как ему лучше носить чуб: на правую сторону или на левую сторону?»

Беременная Зинаида поневоле держалась в тени гениального мужа и поодаль от его богемных друзей. Она поселилась в гостиничном номере, но рожать уехала в Орёл, где в мае 1918 года на свет появилась старшая дочь поэта Татьяна.

Не только неустроенность заставила уехать из Москвы. Есенин попросил своего друга Анатолия Мариенгофа… «вынуть из петли», избавить от любви собственной жены.

«Не могу я с Зинаидой жить… говорил ей — понимать не хочет… не уйдёт… вбила себе в голову: «Любишь ты меня, Сергун, это знаю и другого знать не хочу». Скажи ты ей, Толя… что есть у меня другая женщина… С весны, мол, путаюсь и влюблён накрепко… а таить того не велел…».

На другой день Зинаида уехала к родителям.

Это не было окончательным расставанием. Оставив дочь в Орле, Райх вернулась к Есенину. Известны воспоминания Мариенгофа о первом приезде Райх с дочкой в Москву.

Девочка, прекрасно чувствовавшая себя в компании чужих людей, не признавала отца, чем вызывала его негодование. Он сердился, а неприятие его личности ребёнком считал «кознями» жены.

Через два года родился сын Константин, и его появление на свет также произошло вдали от отца. На новорожденного поэт не пожелал посмотреть.

«Лишь случайно на платформе ростовского вокзала ему сказали, что в вагоне кисловодского поезда Райх с сыном — приглашают взглянуть на дитя, — рассказывает Мариенгоф. — «Фу! Чёрный!.. Есенины чёрными не бывают…» С тем и ушел.

Этот отвергнутый отцом сын даст свой ответ на вопрос, почему Есенин расстался с Зинаидой Райх: «Безусловно, судя по рассказам матери и её подруги — Зинаиды Гейман, сыграли роль и «друзья» отца из группы «мужиковствующих», неприязненно относившихся к моей матери.

Она и сама относилась к ним с неприязнью, видя их тлетворное влияние на отца. Видимо, сыграла во всём этом деле роль и нерусская фамилия матери — Райх, которую она получила в наследство от отца — моего деда.

«Мужиковствующие» настаивали на еврейском, нерусском происхождении, в то время как мать у неё была русской, даже вышедшей из захудалого дворянского рода (Анна Ивановна Викторова).

Отец матери — Николай Андреевич Райх — железнодорожник, выходец из Силезии. Национальная принадлежность его затерялась в метриках прошлого века».

Всем, кто интересовался есенинской темой, известно описание Райх, данное А. Мариенгофом: «Это дебёлая еврейская дама. Щедрая природа одарила её чувственными губами на лице круглом, как тарелка… Кривоватые её ноги ходили по сцене, как по палубе корабля, плывущего в качку».

Окружение Есенина не признавало за ней ни обладание красотой, ни актерскими способностями.

Осенью 1921 года З. Райх стала студенткой Высших театральных мастерских, руководил которыми знаменитый Всеволод Мейерхольд. Они были знакомы, встречались в период работы в Наркомпроссе, на заседаниях знаменитой «Бродячей собаки», в редакции журнала, издаваемого Мейерхольдом.

Пленительная женственность, яркая внешность Зинаиды Райх окончательно покорили человека, имевшего «убийственные» внешние данные — «лицо топором, скрипучий голос». После встречи с молодой женщиной он словно переживал второе рождение.

Незадолго до нахлынувшей на него любви приговоренный к расстрелу «вождь театрального Октября» месяц находился в камере смертников в Новороссийске, и вот судьба подарила встречу с удивительной женщиной.

На одной из вечеринок он якобы сказал Есенину: «Знаешь, Серёжа, я ведь в твою жену влюблён… если поженимся, сердиться на меня не будешь?». И Есенин шутливо поклонился режиссеру в ноги: «Возьми ее, сделай милость… По гроб тебе благодарен буду».

Правда, когда Зинаида окончательно ушла от него, ругался: «Втёрся ко мне в семью, изображал непризнанного гения… Жену увёл…»

Райх была на двадцать лет моложе Мейерхольда. Он усыновил её детей и стал им хорошим отчимом. Великого режиссёра и хорошего семьянина приводили в восторг смешные детские фразы, он охотно играл с детьми, лечил всех домашних — ставил компрессы, вынимал занозы, делал уколы, перевязки…
Мейерхольд был совсем другим человеком в кругу родных, а в театре все трепетали при одном его появлении. В их доме всегда было многолюдно, на репетиции собирался не один десяток гостей.

Райх чувствовала себя в своей стихии, успевала пьесой заниматься, отдавала распоряжения по хозяйству. Все бывавшие у них отмечали, что с появлением Зинаиды квартира приобрела уютный вид семейного гнездышка.

В театре жену режиссера многие не очень-то любили, обвиняли в чрезмерном давлении на мужа. Театральные критики также не находили повода восхищаться актрисой, приобретавшей известность.

Утвердилось мнение, что брошенная поэтом женщина надёжно укрылась под крылышком знаменитого режиссера: нашла материальную выгоду, приобрела прочную семью, а также обеспечила себя первыми ролями.

В душевность отношений этого союза не верили. Красивая актриса вызывала пламенные взгляды мужчин, и очень часто давала о себе знать ревность супруга.

«Сколько я ни повидал на своем веку обожаний, но в любви Мейерхольда к Райх было нечто непостижимое, — писал кинодраматург Е. Габрилович. — Неистовое. Немыслимое. Беззащитное и гневно-ревнивое… Нечто беспамятное. Любовь, о которой все пишут, но с которой редко столкнешься в жизни. Редчайшая… Пигмалион и Галатея…»

Райх мучительно переживала свой разрыв с Есениным и после замужества встречалась с ним на квартире подруги.

Мейерхольд узнал о тайных встречах, состоялся серьёзный разговор с хозяйкой квартиры З. Гейман. «Вы знаете, чем всё это кончится? Есенин и Райх снова сойдутся, и это будет новым несчастьем для неё».

Многие сходились во мнении, что Мейерхольду, живя с этой женщиной, приходилось куда сложнее, чем его предшественнику. Некоторые считали, что и обласканная чувством известного режиссера, имевшая тепло и достаток Райх легко бы вернулась к Есенину, только бы тот поманил. Это была единственная любовь в её жизни.

Есенин иногда навещал своих детей. Константину запомнилась сцена между родителями — энергичный разговор в резких тонах. Содержания он ввиду малолетства не запомнил, а вот обстановка осталась в памяти: поэт стоял у стены в пальто с шапкой в руках, говорил мало, его в чём-то обвиняла мать.

Позднее прочитал знаменитое стихотворение «Письмо к женщине» и поинтересовался: не тот ли случай описан? В ответ мать лишь улыбнулась.

В день похорон поэта Зинаида обнимала своих детей и кричала: «Ушло наше солнце…»

«Хорошо помню дни после сообщения о смерти отца, — писал К. С. Есенин. — Мать лежала в спальне, почти утратив способность реального восприятия. Мейерхольд размеренным шагом ходил между спальней и ванной, носил воду в кувшинах, мокрые полотенца. Мать раза два выбегала к нам, порывисто обнимала и говорила, что мы теперь сироты».

Жизнь продолжалась. Райх, по отзывам современников, и в зрелые годы оставалась интересной и обаятельной женщиной, сексапильной, как отозвались бы о ней в наши дни.

Её всегда окружали поклонники, многие в откровенной форме демонстрировали свои пылкие чувства. Актриса любила весёлую и блестящую жизнь, вечеринки с танцами, ночные балы в московских театрах, банкеты в наркоматах.

Носила туалеты из Парижа, Вены и Варшавы, дорогие шубы и духи, пудру «Коти» и шелковые чулки. Мейерхольд дал ей материальные блага, положение в обществе.

К 1936 году гонения на Мейерхольда усилились. Он успел поставить спектакль «Дама с камелиями», главную роль в котором играла Райх. Трагический конец приближался.

Наступил страшный 1937 год. Все вокруг вдруг стали «врагами народа». А в 1938 году был закрыт театр Мейерхольда, и в прессе появились первые статьи о «мейерхольдовщине», где его обвиняли в измене патриотическому искусству.

Но все это мало волновало режиссера, так как в 1939 году сильно обострилась болезнь его жены, ее даже пришлось привязывать во время приступов к кровати. Всеволод ухаживал за своей супругой, как за малым ребенком, практически не отходил от ее постели, но не сдал ее в больницу, и через некоторое время Зинаида вернулась к нормальной жизни.

Вскоре после этого, был арестован Всеволод Мейерхольд, а в его московской квартире был проведен обыск. Зинаида почувствовала, что больше никогда не увидит своего мужа. Райх написала Сталину письмо об этой несправедливости, она не верила, что гонители действуют с санкции вождя. Постоянная тревога и тяжёлые предчувствия поселились в её сердце. Вскоре они сбылись.

В ночь 14 на 15 июля была зверски убита сотрудниками НКВД в своей квартире Зинаида Райх.
Убийцам, проникшим в квартиру ночью через балкон, Зинаида Николаевна сопротивлялась отчаянно — она была не по-женски сильна. Домработница Лидия Анисимовна, которую, как вспоминала внучка Мейерхольда от первого брака Мария Валлентей, утром нашли с разбитой головой на полу у входной двери, ничего никому не рассказывала, была через несколько дней арестована, а после освобождения куда-то исчезла…

Соседи слышали крики Зинаиды Николаевны, но придти на помощь побоялись. Почти никого не было и на ее похоронах...

Позднее дворник говорил, что видел быстро уехавший от подъезда черный лимузин (кстати, сам дворник, как и прислуга, впоследствии тоже исчезли). До сих пор непонятно, зачем надо было убивать актрису. Похоронена Зинаида Райх на ваганьковском кладбище, рядом с могилой Есенина.

Всеволод Мейерхольд был расстрелян как английский и японский шпион. Место его захоронения неизвестно.

Загадка смерти Зинаиды Райх

Кто и за что убил известную актрису, до сих пор не ясно

За этим окном произошла трагедия. Не может быть, чтобы душераздирающие крики Зинаиды Райх, одной из самых знаменитых московских актрис конца тридцатых годов, никто не слышал. Стояла теплая июльская ночь, большинство окон было распахнуто...
Зинаида Райх, ведущая актриса театра Мейерхольда, была женою двух великих людей - Сергея Есенина, от которого у нее родились дочь и сын, и Всеволода Мейерхольда (детей не было). Выдающийся режиссер безумно любил одаренную, но капризную жену. Мейерхольд загружал ее главными ролями в театре, стремясь, чтобы у нее ни минуты не оставалось свободного времени на всякие глупости на стороне.

Менее месяца прошло, как в НКВД забрали Мейерхольда, и пришла та ночь 14 июля 1939 года, когда зверски убили Райх. А самое удивительное в этой кровавой истории то, что уголовного дела об убийстве не завели. Поэтому можно только предположить, что с самого начала это убийство вел НКВД. Никто не знал ничего. Москва полнилась слухами, передаваемыми зловещим шепотом: «говорят, ножом... говорят, домработницу тоже убили...». Слухи на том и обрывались.

Прошло много времени, и лишь недавно, по отдельным крохам воспоминаний тех, кто хоть что-то мог рассказать, восстанавливаются события той ночи. Где-то ближе к часу Райх вышла из ванной в халате и направилась в гостиную. И тут на нее обрушились двое. Один из них ударил ножом в грудь. Райх сознания не теряла и стала отчаянно звать на помощь. На ее крики выскочила домработница Лидия Анисимовна, ее ударили ножом в голову. Анисимовна тут же рухнула. Райх, продолжая кричать, доползла до стола в гостиной, истекая кровью. Убийцы исчезли, не оставив ни единой улики. Позже дворник скажет, что видел рванувшую от подъезда черную «эмку». Только подтвердить это не смог: канул с концами дворник. И Анисимовна, получившая неопасную для жизни рану, тоже.

Как убийцы проникли в дом? Входная дверь была заперта. Через балкон? Второй этаж - не бог весть, какая высота. Зачем было Райх убивать - тоже загадка. Тогда по Москве ходили такие версии: хотели ограбить. Квартира богатая. Да только ничего не взяли. Антисемитская версия тоже просматривалась. Но тут же отпала: Райх - немка. Еще версия: НКВД убрал актрису из-за мужа - якобы она знала что-то, чего не должна была знать. Но убивать-то ее было зачем? Кинули бы в застенок, как ее мужа, и все.

Жуткая квартира пустовала недолго. В ней поселилась 18-летняя красавица Вардо Максимилишвили, как вскоре выяснилось, офицер НКВД и, как нескоро выяснилось, личный секретарь и любовница самого Берия. Здесь же поселился и его личный шофер, тоже понятно, что не просто «водила». Вардо была прелестна в своей наивной простоте и играла роль отменно, рассказывая соседям, что понятия не имеет, кто жил здесь до нее. Куда убиенной Райх до Вардо! Подручная Берия прожила в этой квартире до самого недавнего времени, пока министр КГБ Крючков не выселил ее, правда, в очень приличную квартиру в новом районе. А здесь открылся музей Мейерхольда. О том, что его через полгода после смерти жены расстреляли в Бутырке, в музее не любят рассказывать. А Райх похоронили на Ваганьковском кладбище, в черном бархатном платье Дамы с камелиями. Это была ее любимая роль.
Категория: Несекретные материалы | Добавил: unona (06 Июн 2014)
Просмотров: 432
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Меню сайта
Категории
Мини-чат
Гости

-->

Поиск
Фото дня
Кнопочкм


Наши сегодняшние гости